Ark of medical knowledge: evacuation of Military Medical Academy library to Samarkand

Full Text

ВВЕДЕНИЕ

Военно-медицинская академия (далее — ВМедА) на протяжении всей войны продолжала подготовку военно-медицинских кадров и научно-исследовательскую деятельность, находясь в Самарканде. Информационной базой образования и науки была эвакуированная вместе с академией ее Фундаментальная библиотека, ставшая настоящим ковчегом медицинских знаний в глубоком тылу.

О том, как пережила библиотека лихую годину, мы знаем из первых уст. Нам посчастливилось, что Василий Иванович Белоликов¹, возглавлявший библиотеку с 1939 по 1949 г., оставил бесценное свидетельство времени — «Исторический очерк библиотеки Военно-медицинской академии им. С.М. Кирова»². Благодаря ему мы владеем цифрами и фактами, позволяющими достоверно и в деталях воссоздать происходившие события.

Рис. 1. В.И. Белоликов. © Военно-медицинская академия им. С.М. Кирова, 2025. Публикуется с разрешения правообладателя. Источник: архив библиотеки ВМедА.

Fig. 1. Vassiliy I. Belolikov. © Kirov Military Medical Academy, 2025. Courtesy of the right holder. Source: Archive of the Kirov Military Medical Academy.

К 1941 г. фонд библиотеки превысил 1 млн томов. Посещаемость библиотеки в предвоенные годы составляла около 300 тыс. читателей в год, книговыдача — около 550 тыс. экземпляров в год. Штат библиотеки накануне войны — 36 работников³.

Военную судьбу библиотеки можно рассматривать только в тесной связке с судьбой академии в целом. Целесообразно выделить 4 этапа: начало войны и блокады, собственно эвакуация, пребывание в Самарканде и реэвакуация.

НАЧАЛО ВОЙНЫ И РАБОТА В УСЛОВИЯХ ОСАЖДЕННОГО ГОРОДА

Как все мы помним, блокадное кольцо сомкнулось 8 сентября 1941 г. Город подвергался постоянным массированным налетам вражеской авиации. Коллектив библиотеки с первых дней войны участвовал в противовоздушной, противохимической и противопожарной обороне. Из рукописи В.И. Белоликова нам известно, что начальник библиотеки находился на казарменном положении в ее стенах неотлучно днем и ночью. Было введено круглосуточное дежурство по местной противовоздушной обороне. Эти дежурства несли начальник, оба его помощника и три старших сотрудника библиотеки. Они сменялись ежедневно в 18 ч, находились постоянно в библиотеке и несли ответственность за всю службу местной противовоздушной обороны объекта. Остальные сотрудники дежурили на постах противопожарной охраны в три смены. Всего было установлено пять постов, из них три на чердаке, один на третьем этаже и один на втором этаже. Таким образом, во время воздушных налетов в библиотеке всегда находилось не менее семи ее сотрудников. В нерабочие часы дежурные по постам, живущие на территории академии, являлись на посты из дома, а живущие вдали от библиотеки оставались в ней на ночь⁴.

Кроме того, сотрудники проделали большую работу по обеспечению противопожарной безопасности библиотеки: все балки и деревянные перекрытия на чердаке окрасили огнеупорным составом, чердаки и все помещения обеспечили мешками с песком, бочками и ванными с водой. Описывается случай, когда зажигательная бомба, упавшая в один из налетов на чердак библиотеки, быстро была потушена «путем погружения в ванну с водой» [1].

При этом текущая работа библиотеки не прекращалась ни на один день. Поступали и обрабатывались новые издания: с 22 июня по 10 ноября в библиотеку поступило 18 467 наименований. В приходно-расходной книге последняя запись сделана 13 ноября 1941 г., то есть за несколько дней до эвакуации [1].

Рис. 2. В.И. Белоликов в рабочем кабинете. © Военно медицинская академия им. С.М. Кирова, 2025. Публикуется с разрешения правообладателя. Источник: архив библиотеки ВМедА.

Fig. 2. Vassiliy I. Belolikov in his office. © Kirov Military Medical Academy, 2025. Courtesy of the right holder. Source: Archive of the Kirov Military Medical Academy.

Продолжалось обслуживание в читальных залах, прерываемое лишь звуком воздушной тревоги. Если средняя ежедневная посещаемость за 1940–1941 гг. выражается цифрой 827,6, то за июль–октябрь 1941 г. она составляла 450,8 человек, причем библиотеку ежедневно посещало в среднем в июле 536 человек, в августе — 640, в сентябре — 323, в октябре — 287 [1]. Триста ежедневных посетителей библиотеки и ее читального зала в условиях осажденного города, воздушных бомбардировок, ежедневных многократных воздушных тревог, больших хозяйственных работ, усиленной караульной службы — это очень много! Процитируем В.И. Белоликова: «Обычной в эти месяцы была такая картина: переполненный до отказа читальный зал библиотеки. Яркий свет. Сосредоточенные лица читателей. Шелест перелистываемых страниц. Торопливые записи в тетрадях. Но вот сигнал тревоги и в несколько секунд зал пустеет. Поток читателей, бегущих по лестницам. Через несколько минут они уже на своих постах: на крышах, на чердаках, лестничных клетках, в пунктах сбора своих команд. В читальных залах на столах раскрытые книги, тетради…. Выключается свет, в помещении остается лишь сотрудница библиотеки — дежурная по противопожарному посту. Оглушающий грохот зениток, глухие разрывы авиабомб. Иногда они падают близко, тогда чувствуется сотрясение здания, звенят осколки выбитых стекол. Так проходят длинные минуты, часы… Но вот сигнал отбоя. И снова наполняются читальные залы. Снова шелест страниц и торопливые записи, да кой где шепотом рассказ друг другу о том, что случилось на посту. Новый сигнал тревоги и вся картина повторяется сначала»⁵.

По мере приближения противника к Ленинграду налеты авиации учащались. Продолжать учебу стало невозможно. Территория академии постоянно становилась целью авиабомбардировок и артиллерийских обстрелов. Всего за годы войны на территорию академии упало свыше тысячи зажигательных бомб и артиллерийских снарядов. «Налеты авиации противника, а с начала сентября и артобстрелы, становились все более частыми и разрушительными. Бессонные ночи из-за воздушных тревог, во время которых мы должны были находиться в “щелях”, траншеях, защищенных от осколков сверху досками с насыпанным тонким слоем земли. В них было холодно, сыро, сидеть там приходилось по часу, а иногда и более, т. к. налеты проводились волнами» [2].

ЭВАКУАЦИЯ: ПОДГОТОВКА И ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ

Строить спасительный ковчег — готовиться к эвакуации — библиотека начала заблаговременно, еще в июле, в соответствии с распоряжением Главного Военно-санитарного управления Красной Армии (далее — ГВСУ) и командования академии. Естественно, речь не шла о вывозе в безопасное место всего миллионного фонда. Две основные задачи, требовавшие решения: 1) релокация наиболее ценной части книжного собрания и 2) отбор литературы, которая бы обеспечила учебный процесс и минимальные потребности научной работы в месте нового расквартирования академии.

Специальная комиссия из преподавателей под председательством профессора А.В. Лебединского по заявкам кафедр установила перечень необходимых учебников, справочников и монографий. Кроме того, по решению комиссии были отобраны комплекты основных иностранных и русских журналов, вышедших после 1920 г. Всю эту литературу сотрудники библиотеки упаковали: учебники поместили в мешки, а литературу основного фонда в ящики. Составили описи. Библиотекари готовились отправиться в путь по первому сигналу⁶.

Однако надежда на предоставление транспорта таяла с каждым днем, в итоге объем эвакуируемой литературы свели к минимуму. Было получено разрешение на отправку всего одного вагона книг в Куйбышев, куда первоначально рассчитывали перевезти Военно-медицинскую академию и где годом ранее была организована Куйбышевская военно-медицинская академия (далее — Куйбышевская ВМА).

Этот единственный вагон использовали для отправки старинных книг, самых ценных, зачастую уникальных, в том числе инкунабул, рукописного фонда библиотеки и диссертаций академии послеоктябрьского периода, отпечатанных на машинке и имевшихся в одном экземпляре. Книги упаковали в ящики, наиболее ценные обернули в целлофан. Кроме того, в восьми тюках поместился полный комплект дореволюционных диссертаций, защищенных при академии. Эта коллекция до сих пор остается предметом нашей особой гордости.

В начале августа вагон был погружен и в сопровождении заведующего Социально-экономическим отделом М.И. Ларькова отправлен в Куйбышевскую ВМА. Он благополучно прибыл к месту назначения, и 18 августа 82 ящика и 8 тюков были сданы по акту на хранение начальнику библиотеки Куйбышевской ВМА политруку Садовскому [1].

Но дальше все пошло не по плану.

22 октября 1941 г. было принято Постановление Совета по эвакуации при СНК СССР об эвакуации Военно-медицинской академии не в Куйбышев, а в Самарканд. Туда же передислоцировалась и расформированная Куйбышевская ВМА. Ящики с нашими книгами в нераспакованном виде переправили в Самарканд.

В срок с ноября 1941 по январь 1942 г. осуществлена эвакуация всей академии.

Железнодорожный и автомобильный транспорт были уже недоступны. Условия блокады оставляли только один путь — по воздуху. Как вспоминает Н.К. Соколов: «В это время “дорога жизни” через Ладожское озеро еще не функционировала, и эвакуация из Ленинграда осуществлялась самолетами» [2].

Количество планируемого для академии воздушного транспорта изначально было жестко ограничено и неоднократно подвергалось сокращениям. Вследствие чего пришлось отказаться от эвакуации вольнонаемных служащих, их передали для работы в эвакогоспиталях, развернутых на базе клиник академии [3].

В условиях напряженнейшего периода Великой Отечественной войны удалось эвакуировать только порядка 2,5 тыс. человек, в том числе 1700 слушателей 1–4-х курсов, кроме них — военнослужащих постоянного состава, часть их семей и часть гражданских сотрудников [2, 3].

Учащихся вывозили самолетами через Ладожское озеро до Новой Ладоги, далее они шли походным порядком в хромовых сапогах при температуре –30 °С почти 200 км до железной дороги и далее уже поездом на Череповец [4]. «Основным сборным пунктом для ВМА была Вологда, где формировались железнодорожные эшелоны для доставки эвакуируемых в Самарканд» [2]. От станции Вологда слушатели двигались в составе сборных эшелонов в теплушках.

Условия эвакуации академии не позволили вывезти с собой даже того книжного фонда, который был отобран комиссией Лебединского и подготовлен к отправке. Поэтому командование обязало слушателей всех курсов везти с собой учебники, необходимые для минимального обеспечения учебного процесса.

Учебный отдел составил расчеты и дал указания, какие группы какие учебники обязаны получить в библиотеке и доставить к месту назначения. За необходимый минимум принимался один учебник на трех слушателей по каждой дисциплине учебного плана. Из этого расчета каждому слушателю пришлось везти с собой в среднем по пять учебников, но кому-то больше, кому-то меньше. Самолетами удалось вывезти только четыре тонны учебного имущества, и это были преимущественно учебники, розданные слушателям [3].

Вот как описывает в своем интервью процесс эвакуации профессор Вениамин Васильевич Волков, бывший тогда курсантом: «Мы шли пешим маршем через весь город до аэропорта, располагавшегося в районе Старой деревни. За плечами у всех слушателей были тяжелые рюкзаки с книгами из академической библиотеки и самые необходимые вещи. В основном рюкзаки были загружены именно учебниками»⁷. А это фрагмент его воспоминаний, опубликованных в Альманахе, приуроченном к 200-летию академии: «Во второй половине ноября 1941 г., когда Ленинград был скован не только блокадой, но и небывалыми морозами, личный состав академии, и в том числе наш курс, ставший уже выпускным, получил приказ следовать в Новую деревню. По пустынному городу взвод за взводом, неся на себе пудовые рюкзаки с учебниками и нехитрой слушательской поклажей, мы шествовали к Комендантскому аэродрому, откуда на самолетах через Ладожское озеро курс, как постепенно и вся академия, был переброшен за линию фронта» [5].

Рис. 3. Е.Д. Веригина. © Военно медицинская академия им. С.М. Кирова, 2025. Публикуется с разрешения правообладателя. Источник: архив библиотеки ВМедА.

Fig. 3. Elena D. Verigina. © Kirov Military Medical Academy, 2025. Courtesy of the right holder. Source: Archive of the Kirov Military Medical Academy.

Сохранились и другие свидетельства очевидцев и участников этих событий — преимущественно слушателей различных курсов. Их рассказы в чем-то различаются, но совпадают в одном — основным грузом, который они транспортировали на своих плечах, были книги из академической библиотеки. Приведем еще несколько примеров. Так, Н.К. Соколов вспоминает: «Наша группа вылетела в Новую Ладогу 21 ноября. Перед вылетом каждому выдали примерно по 8 кг учебников для доставки их в пункт передислокации и разрешили еще взять 8 кг личных вещей, которых у меня, как и у большинства, практически не было. … На следующий день наша группа (50–60 человек из разных учебных групп) совершила переход по замерзшему каналу до поселка Сясьстрой, находящемуся в 12 км от Новой Ладоги. … Далее мы двинулись пешим маршем в поселок Алеховщина, где находились тыловые учреждения 7 Отдельной армии. Расстояние примерно в 100 км мы преодолевали дней 5, ночуя в деревнях. Дорога шла вдоль реки Оять, была покрыта снегом, плохо наезжена, и идти было тяжело. Свою поклажу везли на примитивных саночках, которые по совету командира группы подготовили еще в Сясьстрое. … [В Алеховщине] приказали каждому самостоятельно добираться через ст. Бабаево в Вологду. … Через один-два дня нашли попутную грузовую машину, доставившую нас в г. Череповец. На этой машине (без тента!) мы добирались до Череповца 4–5 дней. … От Череповца до Вологды добирались по железной дороге. Прибыли мы в Самарканд 10 января 1942 года. Следовательно, в пути от Ленинграда до Самарканда находились около 50 суток» [2].

А курсант А.В. Яковлев повествует о событиях ноября 1941 г. следующим образом: «Каждому из нас были выданы по несколько учебников и постельные принадлежности. Разрешалось взять с собой и личные вещи, чтобы общий вес вещевого мешка не превышал 16 кг. Первая попытка перелететь через линию фронта оказалась неудачной. Когда мы пришли на Комендантский аэродром (сейчас это в районе станции метро Пионерская), начался налет фашистской авиации. Находящиеся на аэродроме самолеты быстро закончили разгрузку продовольствия и улетели, а мы вернулись в академию. На следующий день 25 ноября наш курс на самолетах “Дуглас” был переброшен через Ладожское озеро в г. Новая Ладога, откуда пешком мелкими группами направился в г. Тихвин. В пути от местных жителей стало известно, что немцы захватили этот район, и мы, изменив маршрут, пошли на станцию Ефимовская. … Вместе с нами летели в Новую Ладогу и дальше шли пешком или добирались на попутном транспорте жены некоторых слушателей. Те, кто не мог идти пешком от Новой Ладоги (беременные, с детьми) вылетали из Ленинграда 30 ноября в район железнодорожной станции Хвойная. Вместе с ними летела группа рабочих Кировского завода. Как вспоминает моя жена Яковлева Галина Васильевна, минут через 10–15 после вылета группа немецких самолетов обстреляла и начала преследовать наши самолеты. В иллюминаторы было видно, как совсем близко пролетали самолеты со свастикой. Наш пулеметчик отстреливался, а гильзы летели в напуганных женщин и детей. Когда прилетели в Хвойную, то выяснилось, что из 12-ти вылетевших из Ленинграда наших самолетов приземлились только 11, а один был подбит и совершил вынужденную посадку» [6]. Рассказ В.С. Антипенко: «22 ноября небольшая часть слушателей курса была вывезена в Новую Ладогу самолетами с Комендантского аэродрома. Вражеская авиация не позволила в этот день эвакуироваться остальным слушателям. Вторая попытка эвакуироваться самолетами 23 ноября также не удалась. 24 ноября основная часть курса выехала с Финляндского вокзала по железной дороге до ст. Ладожское озеро, затем на кораблях через озеро до Новой Ладоги, которая была превращена в базу снабжения продовольствием и боеприпасами блокированного Ленинграда. Там изголодавшихся слушателей впервые за много дней накормили досыта. Из Новой Ладоги слушатели преодолели трудный путь свыше 200 км в обход занятого немцами Тихвина до железнодорожных станций Ефимовская и Бабаево. Двигались пешком или на попутных автомобилях небольшими группами по глухим лесным дорогам через Колчаново и Сясьстрой. Далее слушатели проследовали по железной дороге до Вологды — пункта сбора академии. На станции Бабаево эшелоны подверглись налету вражеских самолетов, к счастью обошлось без жертв» [7].

Что касается учебного фонда, заблаговременно подготовленного сотрудниками библиотеки, 5443 томов удалось отправить в Самарканд только в 1943 г., остальные книги оставались в упакованном виде в стенах библиотеки.

Для консервации книжного фонда приняли решение всю литературу, находящуюся в справочных и читальных залах, а также на основном абонементе, спустить в книгохранилище, так как свободные помещения третьего этажа могли быть использованы для нужд госпиталя. Основной фонд библиотеки был законсервирован и сдан под охрану остававшимся в Ленинграде представителям комендатуры академии.

Капитан административной службы, помощник начальника библиотеки Елена Дмитриевна Веригина была назначена начальником библиотеки госпиталя, остающегося на месте академии, с передачей ей в полном составе клубной библиотеки (для обслуживания раненых) и поручением надзора за сохранностью всего основного фонда [1].

Все вольнонаемные сотрудники с 1 декабря 1941 г. были уволены.

РАБОТА В САМАРКАНДЕ

После полуторамесячного перерыва, вызванного передислокацией, надо было срочно продолжать обучение военных врачей⁸. Начало занятий требовало немедленного обеспечения учебниками. Прибывший в Самарканд Василий Иванович Белоликов приступил к организации библиотеки на новом месте — достигнув тверди, библиотечный ковчег начал возрождаться из подручных средств.

Учебной базой ВМА стали помещения Узбекского государственного университета, аудитории и клиники Самаркандского медицинского института (далее — САМИ). Академии была передана институтская библиотека.

Сразу же встал вопрос о порядке приема библиотеки на баланс, на что требовалось 2–3 мес. работы. По согласованию с дирекцией САМИ было решено зачислить в штат библиотеки ВМА некоторых бывших сотрудников библиотеки САМИ, в том числе помощника заведующего библиотекой Матвееву, назначенную лицом, материально ответственным за фонд. Это давало возможность немедленно начать выдачу учебников. Последние брались на учет путем записи инвентарных номеров и автора на особых талончиках. После этого они считались принятыми и шли на выдачу слушателям. Таким образом, приемка и выдача производились одновременно⁹.

Совокупный книжный фонд библиотеки академии в Самарканде сложился из следующих составных частей: библиотека медицинского института (64 569 томов), часть библиотеки ВМА, вывезенной в разное время из Ленинграда (11 812 томов); фонд библиотеки Куйбышевской ВМА (91 525 томов); новая литература, полученная из разных источников непосредственно в Самарканде (46 426 томов). Однако такое собрание сформировалось ближе к концу пребывания академии в Самарканде. Начинали работу только с фондом медицинского института и небольшим количеством учебников, привезенных слушателями — 5105 книг¹⁰. И все же библиотека смогла обеспечить учебный процесс и в какой-то степени научную деятельность академии в этот сложный период.

В условиях военного времени продолжалось активное поступление новых книг и журналов: медицинская литература (в том числе в большом количестве экземпляров для обеспечения учебного процесса) бесплатно поступала бандеролями от ГВСУ; от Главного политического управления Рабоче-крестьянской Красной армии и политического управления Среднеазиатского военного округа (САВО) — массово-политическая литература; от Военкнижторга — военная литература. Производилась через ГВСУ в порядке централизованного снабжения и подписка на русские медицинские журналы, несмотря на перебои в работе почты. Иностранные журналы получались в крайне ограниченном количестве. Заявки на выписку иностранных журналов были представлены на 1943 и 1944 г. в количестве 74 названий, но фактически поступление их было незначительным¹¹.

Учебные корпуса и другие подразделения академии оказались «разбросаны по всему городу, расстояния между ними исчислялись километрами. В те годы общественного транспорта в городе не было. Безусловно, это затрудняло организацию учебного процесса, рациональное использование рабочего времени» [2]. Для удобства читателей библиотечное обслуживание было организовано на четырех площадках:

1. в здании бывшего Узбекского государственного университета (УЗГУ) действовал абонемент;
2. в том же здании в актовом зале в вечерние часы работала читальня, днем зал использовался для учебных занятий;
3. в клиническом госпитале Республиканской больницы;
4. в крепости, где размещались все общежития слушателей, были сконцентрированы комплекты учебников, социально-экономические журналы, газеты, художественная литература.

О проживании в крепости упоминают многие слушатели: «Прибывших размещали в военном городке, находившемся на границе старой и новой части города. Этот городок назывался “крепостью”, так как в прошлом веке действительно ею был» [2]. «Слушателей расположили в казармах старой крепости с земляным полом и двухэтажными деревянными нарами по 100–150 человек» [7].

Посещали слушатели и самаркандские библиотеки. И это вносило некоторое разнообразие в тяжелую рутинную жизнь курсантов: «С литературой мы работали не только в классах УЗГУ, но и в читальном зале городской библиотеки. Туда, кстати, приходили заниматься и студентки из разных институтов, передислоцированных в Самарканд с западных территорий страны» [2].

Перед библиотекой остро стоял вопрос набора персонала. Многие вольнонаемные сотрудники остались в Ленинграде, однако некоторые оказались в Самарканде как члены семей военнослужащих. Они составили костяк нового коллектива. Штат пополнили за счет бывших сотрудников библиотеки медицинского института. Остальных набрали из числа лиц, эвакуированных в Самарканд из самых разных учреждений и организаций. Не все они были квалифицированными библиотекарями. К началу 1943 г. в штате библиотеки числилось 17 человек. Должности помощников начальника библиотеки по вольному найму занимали М.И. Титнева и А.И. Матвеева¹².

Рис. 4. М.И. Титнева. © Военно медицинская академия им. С.М. Кирова, 2025. Публикуется с разрешения правообладателя. Источник: архив библиотеки ВМедА.

Fig. 4. M.I. Titneva. © Kirov Military Medical Academy, 2025. Courtesy of the right holder. Source: Archive of the Kirov Military Medical Academy.

Срок обучения в академии сократился с 5 до 3 лет. Занятия проводились без выходных и праздничных дней, количество учебных часов было увеличено. «Лекции и практические занятия проходили с утра до позднего вечера, нередко при свете керосиновых и масляных коптилок» [7].

В Самарканде состоялось три выпуска военных врачей — в звании военврач 3-го ранга (май 1942 г.) и капитан медицинской службы (июнь 1943 г. и апрель 1944 г.). За годы войны они стали единственными выпускниками медицинских вузов, получившими полноценные дипломы врачей. Всем остальным выдавали свидетельства о прохождении курса обучения. В целом за годы Великой Отечественной войны ВМА подготовила и направила на фронт 1829 молодых военных врачей. 532 воспитанника и работника академии погибли в боях за Родину. Их имена обозначены в Колонном парадном зале академии [8].

Научно-исследовательская работа в академии во время нахождения в Самарканде интенсивно проводилась на всех ее кафедрах — как по заданиям ГВСУ, так и по инициативным темам. Для ученых работал межбиблиотечный абонемент, необходимые книги доставляли почтой из разных уголков страны. За годы войны в ВМА было защищено 115 диссертаций, в том числе 43 докторские, выполнено более 720 научно-исследовательских работ оборонного значения [3, 9, 10]. Результаты научно-исследовательской деятельности сотрудников академии находили практическую реализацию в действующей армии.

ВОЗВРАЩЕНИЕ В ОСВОБОЖДЕННЫЙ ГОРОД

2 февраля 1944 г. вышел приказ Народного Комиссара Обороны СССР «О реэвакуации Военно-медицинской академии из Самарканда в Ленинград». Всего несколькими днями раньше город на Неве был полностью освобожден от фашистской блокады.

Перемещаемый из Самарканда в Ленинград фонд составил 120 тыс. томов, из них около 90 тыс. — фонд библиотеки Куйбышевской ВМА, 30 тыс. — новые поступления¹³. Часть литературы по акту была передана САМИ. Отправка литературы производилась постепенно с апреля по июль по железной дороге.

Это чудо, но книжный фонд академии почти не пострадал в годы войны. За все время блокады повреждены всего 123 книги. Из них — 103 подмочены снегом и водой из прорвавшихся труб отопительной системы и 20 книг (художественной литературы) разорваны осколками артиллерийского снаряда, влетевшими в окно и пробившими шкаф на третьем этаже библиотеки¹⁴. Хранительница фонда Е.Д. Веригина за свою самоотверженную работу получила высокую государственную награду — орден Красной Звезды.

Перед коллективом встала огромная и сложная проблема приведения в рабочее состояние большого книжного фонда. Предстояло разобрать хаотично сваленные связки книг и разместить издания по шифрам. Существовали сложности и с инвентарным учетом, и с размещением книг из-за нехватки площадей.

Положение с нехваткой площадей разрядилось, когда по распоряжению начальника академии Л.А. Орбели библиотеке было передано отремонтированное помещение бывших Курсов усовершенствования медицинского состава¹⁵, на двух этажах которого находилось 19 комнат с площадью, не только достаточной для размещения имевшегося книжного фонда, но и обеспечивавшей некоторый запас для будущих поступлений.

В итоге задача была с честью выполнена в самые короткие сроки. В сентябре библиотека смогла приступить к выдаче литературы. И учебный год 1944–1945 гг. начался в родных академических стенах своевременно.

Рис. 5. Коллектив библиотеки 1949 г. © Военно медицинская академия им. С.М. Кирова, 2025. Публикуется с разрешения правообладателя. Источник: архив библиотеки ВМедА.

Fig. 5. The library staff in 1949. © Kirov Military Medical Academy, 2025. Courtesy of the right holder. Source: Archive of the Kirov Military Medical Academy.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

По прошествии многих лет мы все ярче сознаем, какую колоссальную важность для Победы имел будничный героизм миллионов наших сограждан, в суровых условиях военного времени добросовестно исполнявших рутинные служебные обязанности, преодолевая голод, холод, болезни и боль потерь.

Мы с особым почтением и благодарностью храним в памяти имена наших коллег — библиотекарей — не только спасших и сохранивших в это страшное лихолетье старейшую медицинскую библиотеку страны, но и позволивших продолжиться учебному процессу и научным исследованиям: В.И. Белоликова, В.Н. Бывшевой, Е.Д. Веригиной, Г.В. Зарубиной, Л.Л. Кропотовой, Н.Е. Никитиной, Ф.В. Тальман, П.Г. Прониной, О.С. Степановой, Е.А. Судариковой, Е.Н. Радославовой, Н.М. Терентьевой, М.И. Титневой, Г.Д. Фихтенгольц, Н.Н. Холодковской¹⁶. Из верности профессиональному и гражданскому долгу, из самоотверженного скромного служения общему делу миллионов таких людей соткано знамя Великой Победы.

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Вклад автора. С.А. Мамаева — определение концепции, проведение исследования, написание черновика рукописи, пересмотр и редактирование рукописи. Автор одобрил версию для публикации, а также согласился нести ответственность за все аспекты работы, гарантируя надлежащее рассмотрение и решение вопросов, связанных с точностью и добросовестностью любой ее части.

Источники финансирования. Отсутствуют.

Раскрытие интересов. Автор заявляет об отсутствии отношений, деятельности и интересов за последние три года, связанных с третьими лицами (коммерческими и некоммерческими), интересы которых могут быть затронуты содержанием статьи.

Оригинальность. При создании настоящей работы были использованы фрагменты собственного текста, опубликованного ранее [ EDN: QZAWAJ ], распространяется на условиях лицензии CC BY 4.0. А также фотографии из архива библиотеки ВМедА, публикуется с разрешения правообладателя.

Доступ к данным. Редакционная политика в отношении совместного использования данных к настоящей работе не применима, новые данные не собирали и не создавали.

Генеративный искусственный интеллект. При создании настоящей статьи технологии генеративного искусственного интеллекта не использованы.

Рассмотрение и рецензирование. Настоящая работа подана в журнал в инициативном порядке и рассмотрена по обычной процедуре. В рецензировании участвовали один внешний рецензент, член редакционной коллегии и научный редактор издания.

ADDITIONAL INFO

Author’s contributions: S.A. Mamayeva: investigation, conceptualization, writing—original draft, writing—review & editing. The author approved the version of the manuscript to be published and agreed to be accountable for all aspects of the work, ensuring that questions related to the accuracy or integrity of any part of the work are appropriately investigated and resolved.

Funding source: No funding.

Disclosure of interests: The author have no relationships, activities or interests for the last three years related with for-profit or not-for-profit third parties whose interests may be affected by the content of the article.

Statement of originality: This article contains extracts from our previously published work [ EDN: QZAWAJ ] distributed under the license CC BY 4.0. As well as photos from the archive of the library of Kirov Military Medical Academy, indistributed with the copyright holder’s permission.

Data availability statement: All data generated during this study are available in this article.

Generative AI: Generative AI technologies were not used for this article creation.

Provenance and peer-review: This paper was submitted unsolicited and reviewed following the standard procedure. The peer review process involved one external reviewer, a member of the Editorial Board, and the in-house science editor.

¹ Василий Иванович Белоликов (1899–1958) — полковник, выпускник исторического факультета Ленинградского Государственного Педагогического института им. Герцена.

² Белоликов В.И. Исторический очерк библиотеки Военно-медицинской академии им. С.М. Кирова (1798–1948). Ленинград, 1948. 436 с. (машинопись, хранится в библиотеке Военно-медицинской академии).

³ Там же.

⁴ Там же.

⁵ Белоликов В.И. Исторический очерк библиотеки Военно-медицинской академии им. С.М. Кирова (1798–1948).

⁶ Там же.

⁷ Всем смертям назло: интервью с профессором В.В. Волковым по случаю Дня Победы. Режим доступа: http://aprilpublish.ru/interwju/vsem-smertyam-nazlo-intervyu-s-professorom-v-v-volkovym-po-sluchayu-dnya-pobedy.html Дата обращения: 18.11.2025.

⁸ Докладная записка начальника Военно-медицинской академии им. С.М. Кирова Д.Н. Лукашевича о ходе эвакуации в г. Самарканд. ЦА МО. Ф. 60728. Оп. 36349. Д. 9. Л. 80−88.

⁹ Белоликов В.И. Исторический очерк…

¹⁰ Буравцов В.И. Библиотека академии в годы войны: малоизвестные страницы истории // Военный врач. 2000. № 6–7. С. 8.

¹¹ Там же.

¹² Белоликов В.И. Исторический очерк…

¹³ Там же.

¹⁴ Там же.

¹⁵ Там же.

¹⁶ Титнева М.И. Фундаментальная библиотека в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. Ленинград, 1977. 12 с. (машинопись, хранится в библиотеке Военно-медицинской академии).

About the authors

Svetlana A. Mamaeva

Author for correspondence.
Email: svetanma@list.ru
ORCID iD: 0000-0001-6775-1958
SPIN-code: 4240-8872

Cand. Sci. (Pedagogy)

References

Supplementary files

Supplementary Files

Action

1. JATS XML

Download

2. Fig. 1. Vassiliy I. Belolikov. © Kirov Military Medical Academy, 2025. Courtesy of the right holder. Source: Archive of the Kirov Military Medical Academy.

Download (79KB)

Indexing metadata

3. Fig. 2. Vassiliy I. Belolikov in his office. © Kirov Military Medical Academy, 2025. Courtesy of the right holder. Source: Archive of the Kirov Military Medical Academy.

Download (123KB)

Indexing metadata

4. Fig. 3. Elena D. Verigina. © Kirov Military Medical Academy, 2025. Courtesy of the right holder. Source: Archive of the Kirov Military Medical Academy.

Download (134KB)

Indexing metadata

5. Fig. 4. M.I. Titneva. © Kirov Military Medical Academy, 2025. Courtesy of the right holder. Source: Archive of the Kirov Military Medical Academy.

Download (127KB)

Indexing metadata

6. Fig. 5. The library staff in 1949. © Kirov Military Medical Academy, 2025. Courtesy of the right holder. Source: Archive of the Kirov Military Medical Academy.

Download (305KB)

Indexing metadata